Постнефтяной мир: закат иерархии

Как уже было сказано в прошлых постах, в связи со сменой парадигмы существования человечества с «энергоизобильной» на «энергодефицитную» неизбежно изменение базовых стратегий действий человека с коротких на длинные. То есть, со стратегий типа «хватай, пока не отобрали» - которые, фактически, скрываются под всеми этими умными словами на тему «будь в тренде» и «не упусти свою возможность» - на стратегии «методично отстраивай свою реальность». Причем, произойти это должно практически по «всем направлениям» - начиная с поведения отдельного человека и заканчивая промышленным инвестированием.

Фактически это будет означать переворот в социальной жизни общества – например, в отказе системы экономического развития от ориентации на «стартапы».   Т.е., компании, возникающие буквально «ниоткуда» и привлекающих огромные деньги. Которые, как правило, уходят в никуда: порядка 90% стартапов «умирает» в течение года, еще 9% не переживают 2 лет, а из оставшегося 1% реально становятся успешными лишь единицы. (Остальные же вяло существуют 3-5 лет, после чего поглощаются другими фирмами.) Надо ли говорить, что подобное отношение к человеческому труду и ресурсам – коими, фактически, выступают деньги – вряд ли можно назвать разумным. Тем не менее, в условиях, когда и труда, и ресурсов более, чем достаточно, подобное поведение практически неизбежно. (Поэтому «стартапы» - как не удивительно, довольно давнее «изобретение», относящееся не только к современному IT-сектору. Но и к, скажем, к тем же автомобильным или авиационным компаниям 1900-1920 годов.)

А вот в условиях, когда ни того, ни другого нет, развивать «стартап-экономику» становится невозможным. Поэтому стоит понимать, что эпоха «двадцатилетних миллиардеров» неизбежно должна завершиться. Просто потому, что денег, конечно, можно напечатать сколько хочешь. Но вот напечатать линий электропередач, электростанций, нефти, лития или квалифицированных работников так просто не получится. Взамен этого придет совершенно иная эпоха – эпоха, которую можно назвать «временем больших проектов». Точнее сказать: так просто, «автоматически» эта замена вряд ли произойдет – если все «оставить так, как есть», то произойдет просто угасание социумов. В том смысле, что «стартаперы» так и будут прожирать ресурсы, выдавая «на гора» продукт сомнительной полезности, а все остальные вынуждены будут все чаще переживать проблемы с изношенной инфраструктурой, нехваткой самых необходимых вещей и развалом всего и вся.

Однако понятно, что при наличии множества социумов хоть какой-то из них окажется способным отойти от указанной модели в пользу чего-то другого. Сейчас на это место претендует, прежде всего, Китай. Недавно была еще Япония – но ее сумели «сломать» в 2000 годы. Кроме того, есть еще Индия – которая сейчас находится в «подвешенном» состоянии, но вполне способна создать свой «проект» - а так же Иран и даже некоторые латиноамериканские государства. В общем – любые социумы с населением порядка 100 млн. человек. (С допуском -20 млн. + бесконечность.) Хотя, как показывает пример Северной Кореи, нижний предел вполне может быть «спущен» до 20-25 млн. Главное – чтобы было понимание завершения периода «изобилия» и того, что сохранить прежний образ жизни не удастся.

Впрочем, обо все этом надо будет говорить уже отдельно. Тут же хочется обратить внимание несколько на то, как изменится «уровень проектности» после данной перемены. В том смысле, что, конечно, понятно: переход от «стартап экономики» к «экономике больших проектов» потребует изменения отношения к их исполнению. Поскольку для «больших проектов» нужны реальные ценности: ресурсы, энергия, люди – то, что так просто «не печатается». Значит, прежде всего, речь пойдет об аккумуляции необходимого – и об управлении им с учетом минимальных потерь. В том смысле, что ни одно действие в рамках подобных проектов не должно приводить к ошибкам. Это в случае со «стартап-экономикой» ошибочность поведения ее руководства или прямое его мошенничество не приводит ни к чему страшному: как уже говорилось, «стартапы» есть признак избыточности. (Скажем, США 1990-2000 годов могли позволить себе не инвестировать в инфраструктуру, поскольку в 1940-1980 годах туда было вложено колоссальное количество капитала. И поэтому могли позволить выделять огромные средства для поддержки «инноваций».) Если же этой избыточности нет, то так существовать больше не получится.

А значит, данные проекты должны не только иметь «государственную гарантию» - последнее, думаю, понятно всем. Но быть защищенными от «нецелевого использования» вложений – начиная с банального воровства (откатов и распилов) и заканчивая более сложными вариантами «получения личной выгоды». (Разумеется, могут быть «невольные ошибки», но их возникновение на порядок менее вероятно.) Что, в свою очередь, ставит вопрос о контроле: дело в том, что при наличии затрат указанного уровня выгода от этого самого «нецелевого использования» настолько велика, что позволяет «подкупать» любую контролирующую инстанцию. Если кто не понимает, о чем речь, то может обратиться к примеру, скажем, того же строительства Панамского Канала. Который на рубеже веков стал символом мошенничества – настолько, что само слово «панама» стало означать именно подобную вещь.

Впрочем, нетрудно догадаться, что и помимо «Панамы» мы имеем огромное количество примеров подобного. Поэтому «вопрос о контроле» в данном случае становится одним из важнейших. (Наращивание числа «контролирующих инстанций», в данном случае, не помогает – потому, что можно подкупить не только «контроллера», но и «контроллера контроллера».) Тем не менее, определенное решение данной задачи, все же, есть. И состоит оно в «распределении полномочий» по всей области подобных работ. В том смысле, что контроллирующие функции должны быть переданы практически всем работающим, начиная с рядовых исполнителей. Т.е., руководство в данном случае лишается положения «избранных», имеющих ответственность только перед «вышестоящими», и обратает известную «узвимость» и снизу.

То есть, мы получает не что иное, как «деиерархизацию общества» - по крайней мере, в рамках «большой деятельности». В том смысле, что привычная для нас структура с «начальственно-ориентированной пирамидой ответственности» дополняется обратной схемой, в которой самый последний подчиненный может стать важным в судьбе самого высокого начальства. (В общем, ситуация, обратная «стартаповской», в коей «стартапер» - царь и бог, могущий распоряжаться всем по своему желанию.) То есть, от «производственной» перемены мы переходим к перемене «социальной», поскольку очевидно, что в рамках собственнического общества подобное устройство реализовано быть не может. (Собственник – потому и собственник, что он царь и бог своего имущества, включая производственное.) Да и «классический госкап» - где собственником выступает государство посредством своего аппарата – так же не очень хорошо сюда подходит. (Так как ответственность несет как раз указанный «аппарат».)

Разумеется, это не значит, что весь мир сейчас же отбросит концепцию собственности – конечно же нет. Тут даже Китай – с его мощной госкапиталистической структурой – будет держаться до последнего. (Кстати, ИМХО, пресловутая «система социального кредита» там является именно попыткой обуздать рост коррупции, которая для госкапа есть очень неприятное явление.) Однако рано или поздно, но делать подобный выбор все равно придется. В том смысле, что придется решать: или собственность – и, в лучшем случае, прозябание на второстепенных ролях. Или же ограничение и отмена ее – и выход на новый уровень развития.

Впрочем, обо всем этом надо будет говорить уже отдельно…



источник - anlazzanlazz 
[1 ссылок 57 комментариев 2600 посещений]
читать полный текст со всеми комментариями
blog comments powered by Disqus

Добавить комментарий



Топы по Месяцам

Твиттер @t30p